Робб Флинн. Металли-воспоминания.

Недавно Робб в своем инстаграме делился воспоминаниями о совместных выступлениях с Metallica. Представляем вашему вниманию перевод этих постов, который сделала Аня Шендель.

Металли-воспоминания. Часть 1.

Мы с семьей недавно переехали, и я копался в старом компьютере и нашел несколько потрясающих снимков, сделанные нашим другом Хеннингом Галли [Henning Gulli] во время тура Металлики еще в 2009 году. Забавно, учитывая то, что последние два дня я был на американских горках Magic Mountain, где постоянно играла “Enter Sandman”. Все это заставило меня задуматься о потрясающем шансе, который нам тогда выпал, и мне захотелось поделиться некоторыми фотографиями в Инстаграм. Это фотография Джэймса, который играет с нами нашу песню "Aesthetics Of Hate", где-то в Германии. В следующих постах я расскажу, как все тогда произошло.

Металли-воспоминания. Часть 2.

Весь этот джэм случился относительно безобидно. Я один тусовался в нашей гримерке, разыгрываясь за пару часов до шоу. Парни из Металлики приехали около половины шестого, и Хэтфилд просунулся в дверь нашей гримерки и сказал: «Эй», как он частенько делает, когда приезжает группа. Мы с ним начали болтать о том о сём, и он заметил электронную барабанную установку Дэйва [МакКлейна], на которой тот разогревается в гримерке, метнулся и прыгнул за нее. Мы начали дурачиться, а затем он посмотрел на меня с ухмылкой и сказал «Знаешь что-нибудь из Metallica, хах?». Я рассмеялся и сказал: «Твою ж мать, сука, давай, называй песню!». Он назвал “Master of Puppets”. И вот, представьте, я джэмую MOP вместе с Джэймсом Хэтфилдом на барабанах, только он и я в моей гримерке. Потом мы начали джэмовать “Wrathchild" Iron Maiden, что-то из Mercyful Fate и всякие другие вещи, когда вдруг появились мои парни и присоединились к нам (за исключением Дэйва, конечно). И, знаете, дальше Хэтфилд крикнул «Давайте сыграем Aesthetics Of Hate». Мы все переглянулись: «Эмм, ну… хорошо». И вот, представляете, мы джэмуем НАШУ песню, а Хэтфилд подыгрывает нам… НА УДАРНЫХ!! Я оглянулся на Дэйва, чья челюсть уже отвисла до пола, а Хэтфилд играл его партии фактически безупречно. Мы закончили джэм, и, когда он уже уходил из комнаты, он повернулся ко мне и сказал: «Мы должны сделать то же на сцене», я сказал: «С тобой на ударных?», и он ответил: «Нет, я буду на гитаре».

Металли-воспоминания. Часть 3.

Спустя несколько дней Хэтфилд попросил своих парней отлучиться и сказал, что хочет прогнать песню. В моей голове только и крутилось: «Охренеть, это правда!». Он принес усилок Cube, но в итоге там что-то случилось, и Хэт не смог ничего сделать. На следующий день я сидел возле гримерки, пытался подключиться к вай-фай на ноутбуке, тут пригнал Хэт и пошутил: «Что ты там смотришь, гей-порно?» Я рассмеялся, и потом он извинился за то, что пропустил джэм, и спросил, можем ли мы устроить его завтра около семи. Я сказал «Да, блядь! Давай сделаем это!» Ровно в семь вечера появился Хэтфилд. Мы прогоняли песню, и он справлялся с ней достаточно хорошо, пока мы не дошли до коварного момента в середине перед соло, и тогда он поднял глаза и сказал: «Да к черту это, я эту часть даунстроком сыграю». Я подразнил его немного и сказал: «Что?! Да ну, давай, ты сделаешь это!». И он сказал «Нет, нахуй, вы, парни, можете сыграть все эти запарные вещи». Мы все засмеялись, он спросил: «Ну что, хотите сделать это сегодня вечером?». Мы согласились и он сказал: «Увидимся на сцене». Мы начали играть наш сет, пытаясь разогреть откровенно дохлую толпу немецкого Оберхаузена, но когда мы сыграли две песни, я взглянул за сцену и увидел, как разогревается Хэтфилд, и я знал: вот сейчас будет офигенно. Конечно, когда я объявил, что кое-кто особенный присоединиться к нам сейчас, и сказал, кто именно, толпа проснулась и просто взбесилась. А потом мы начали играть нашу песню, не кавер, а НАШУ песню вместе с Джэймсом Хэтфилдом на гитаре. Скажу вам честно, я волновался как маленькая девочка, готовая описаться в штаны. Внешне я держался спокойно. Но внутри я кричал «Срань господня, это охуенно!!!!»

Металли-воспоминания. Часть 4.

Песня закончилась и мы обнялись. Это больше, чем просто круто. Эта честь была за пределами мыслимого. На следующий день он заглянул в гримерку, пока я разогревался, и сказал: «Было очень весело, мы должны повторить это в последний вечер тура». В голове у меня было типа «Срань господня, как же охуенно!». Но внешне я снова держался спокойно и сказал: «Да, чувак, сделаем это!». Почему-то мне было очень трудно выразить то, как офигенно все это было для меня. В такие моменты я лишаюсь дара речи, не знаю, что говорить и что делать. На следующий день мы собирались снова порепетировать, но он в итоге не пришел, и, когда мы выходили на сцену немецкого Кельна, мы были не уверены, собирается ли он играть вообще. Но снова две песни, и снова я вижу, как он разыгрывается на своей Explorer Diamond Plate, и я такой типа «Да, блять!». На самом деле изначально, когда мы писали “Aesthetics", я не парился и начинал AOH с чьего-нибудь интро. Я мог начать с интро песни Yes “Roundabout”, или "Diary of a Madman”, или песни Smashing Pumpkins "Today is the greatest”, или “Sanitarium”, просто с чего-нибудь дурацкого, так, чтоб развлечься. В ту ночь на сцене Кельна я начал с “Sanitarium”, группа-то знала, что я делаю, а вот Хэт был немного в недоумении, когда я вступил в “Aesthetics", он просто рассмеялся, и все было в порядке. Мы начали джэм, и я заметил, что каждый раз, когда начинался припев, Хэт все хотел подойти к микрофону, и поэтому на втором припеве я отскочил от микрофона и дал ему спеть. И по сигналу подскочил он. Должен вам сказать… это был один из самых крутых моментов моего хэви-метал путешествия… я смотрел на этого парня… который всегда был для меня столь огромным вдохновением… и он играл мою песню… пел мой текст… вместе с нами на сцене… это было просто охуеть как невероятно.

Металли-воспоминания. Часть 5.

Мы вместе вступили в следующий рифф, и мы стояли там, лицом к лицу, дико трясли башками, и он закрыл глаза, как будто впал в какой хэви-металлический транс, и тут я понял, что больше так не могу. Мне надоело изображаться из себя всего такого спокойного, я больше не мог скрывать свой восторг. Это был один из самых крутых моментов моей музыкальной жизни, и я хотел поделиться этим с ним. Я хотел, чтобы он знал, как мне было офигенно. И на середине риффа я схватил его за плечи и заорал «ЭТО ОХУЕННО!!!!!!!». Он открыл глаза, будто я его разбудил его ото сна, я потом засмеялся своим фирменным смехом Хэтфилда, вскинул кулак верх и крикнул “FUCK YEAH!!”. Он подскочил к возвышению, где стоят барабаны, и запрыгнул на него, чтобы поджемовать во время соло с Дэйвом, зал взорвался аплодисментами, а затем он спел вместе со мной во второй микрофон часть "May the hand of god strike them down". Круто…?! Позже вечером Metallica позвали нас в свою гримерку, и Ларс подарил нам по системе Bose iPod dock. Поблагодарили нас за то, что мы стали частью всего этого и сказали, что были рады быть с ними в строю. Классные. Все классные. ОНИ все классные. Лучшие.

Металли-воспоминания. Часть 6.

Да! Мне охуенно!

Металли-воспоминания. Часть 7.

Нашел еще одну. Я уже постил её, и вот вам история о том, как же появилась эта фотография Ларса, меня и моего отца. Она с одного из первых концертов того турне, мы выступали в Лос-Анджелесе в старом Форуме. Нас тогда быстро вписали на афишу после того, как Lamb of God сняли из-за дурацкой политики Форума, владельцы которого – христиане. Я привел на шоу отца и мачеху, ведь это было событие колоссальной важности. Он знал, какое большое значение имел для меня этот концерт, именно он привел меня и моего друга Джима на наш самый первый концерт Металлики, и я уж молчу о том, что он разрешал нам репетировать в своем гараже, где мы без конца играли ужасно переигрывали "Whiplash" и "Seek and destroy". Я только спустился со сцены, и отец подошел ко мне, чтобы поздравить меня. Тут мимо проходил Ларс и остановился, чтоб поболтать, и влез в кадр, когда мой друг Росс Халфин [Ross Halfin] делал этот снимок.

Добавить комментарий

Защитный код Обновить

Machine Head возвращаются в Россию

Комментарии

Вход